Абрамова (Судакова) Людмила

Отец получил первое боевое крещение еще на срочной службе на реке Халхин-гол. Рассказывал, что в армии был "бардак", пока не прибыл Георгий Жуков. Наладилось снабжение боеприпасами и, главное, - курево начали выдавать!

Началась Отечественная война, но у него была бронь. И только зимой 1942 г. его послали на курсы командиров, потом на фронт. Воевал под Москвой, на Украине, закончил воевать уже в Румынии.

Помню, в воскресенье, рано утром, мы с братом прибегали к нему под одеяло, и он нам что-нибудь рассказывал. Про подвиги, за что наградили каким-нибудь орденом или медалью он тогда не говорил. Это уже в зрелые годы начал рассказывать, когда приглашали в учебные заведения.

Вот помню некоторые его рассказы - байки.

Когда он прибыл на фронт в часть, на него не нашлось шинели по росту (он был высокий и худой). В общем одели - шинель до колен не достает. А он отвечал за телефонную связь между штабом и полком. Увидел его командующий и приказал интенданту срочно сшить ему шинель по росту. Простого материала не нашлось и ему сшили из офицерской ткани. В первый же день в обновке по нему начал "работать" снайпер, потому что его приняли за генерала. Пришлось шинель сменить.

Вот еще помню, как его взвод узнал об окончании войны. Дело было в Румынии. Штаб располагался в большом городе (не помню названия, к сожалению), а его подразделение в небольшом селе. Дело шло к окончанию войны и его ребята немного расслабились. Благо, сливовицы румыны выкатили целую бочку за освобождение села. Его, как командира, вызывают в штаб. Там сообщают, что немцы подписали капитуляцию. Ура! Конец войне! Когда с этой радостной вестью он прибыл в свое подразделение - все бойцы, кроме часового, были мертвецки пьяны! Как он их не приводил в себя, ничего не помогало, а нужно срочно поделиться этой новостью!

Тогда он их погрузил на одну подводу, привязал, чтобы не разбежались. И начал стрелять в воздух, крича "Победа"! После первых же выстрелов, бойцы быстро пришли в себя и начали радоваться и праздновать. Потом еще некоторое время пришлось еще повоевать.

Отец учил нас , детей, немецкому языку и счету, а еще румынским словам "молоко" - "лапти", "руманешти цап царап" - "жуликоватые" и тому подобное.

Много еще он нам рассказывал про войну, написала первое, что вспомнилось. Была какая-то годовщина освобождения Киева и моих родителей пригласили на празднование. Были накрыты столы, море цветов и были слезы. Были живы люди, которых наши отцы освобождали, и они их вспомнили! Помню его однополчан: Михаила Матвеевича Гаврилова из села Пречистенка Оренбургской обл., Бориса Леонтьева из г. Березовский Свердловской обл., и Александр Сало из Киева. Они приезжали к нам, и писали друг другу письма. С детьми и внуками однополчан отца мы поддерживаем связь до сих пор.

Еще немного о других членах семьи. На войне в 1942 г. погиб под Москвой мой дед, рядовой Судаков Александр Петрович. Имя его начертано на стеле у Вечного огня на проспекте Победы г. Оренбурга.

Уже после войны в госпитале Свердловска умер от ран брат моей мамы, рядовой Дубинин Иван Максимович. Ему было 18 лет. Имя его начертано в списках воинов у Вечного огня в Екатеринбурге.

В 1941 г. моя мама, Дубинина Мария Максимовна, в 15 лет пошла учиться на фельдшера. В войну работала и на лесосплаве, и в военных госпиталях хирургической сестрой. Была награждена медалью "За труд в Великой Отечественной войне". Ордена и медали моих родителей бережно хранятся в семье.

Война - это величайший подвиг моих родных и всего народа. Это навсегда в памяти всех моих родных!