Райна Ливонтьева

Для моей семьи война - это портрет на стене в одной из комнат большого деревенского дома, где вырос мой дедушка, а в дальнейшем мы, его дети и внуки, проводили свои каникулы. Портрет с красивым молодым мужчиной в военной форме, который однажды покинул дом и больше в него не вернулся.

Мы с братом росли на рассказах нашего деда о его войне. Он и сам был подростком, когда столкнулся с ней, но семья его и он, как её часть, ощутил эту войну на себе.

В дедушкиной семье было четверо детей. Он младший - Юра, перед ним две сестры Зоя и Тамара, и старший брат Серёжа. Отца их, Ивана, ещё до войны посадили на 10 лет в тюрьму за неуважительное прозвище, данное колхозной лошади, и воспитанием детей занимались мама и бабушка с дедушкой. Жили они в деревне в центре Архангельской области в большом доме, построенном без единого гвоздя несколько лет назад дедом и отцом.

После начала войны в сентябре 1941 года 19-летнего Серёжу призвали на фронт. Он регулярно посылал домой весточки, а летом 1944 года пришла похоронка, в которой значилось, что Сергей Иванович Кулакин пропал без вести, не вернувшись с боевого задания. Служил он гвардии-старшиной, стрелком-радистом 17-го гвардейского штурмового авиационного полка Северного флота. Конечно, этот юный Серёжа не был единственным, кто погиб на той войне, но для его семьи трагедия имела оглушительные масштабы.

Дедушка часто рассказывал, как они бегали через поле за письмами от брата, как пришло то страшное последнее, и как вся жизнь изменилась после нескольких строк похоронки. Мы росли на этих история, и тогда, вероятно, не особенно понимали, как это - лишиться брата, или сына, или даже просто жить во время войны. Но дедушкины эмоции, слезы, когда он играл на баяне и пел все эти песни, под которые взрослый человек не может не плакать, оставили в душе особый след и чувство глубокого уважения к каждому, кто прошёл через эту войну.

Прекрасный старый дом всё так же стоит в небольшой деревушке, зимой засыпается снегом до самых окон (а на севере они высоко от земли), а весной почти до его ограды разливается Северная Двина. На стенах комнат висят черно-белые снимки, Сергей Иванович есть на многих из них, и везде молодой и красивый.

Иногда я думаю о том, что, возможно, он не умер в тот день, когда его посчитали пропавшим без вести. Сколько историй о военных, потерявшихся в бою, которых спасли, укрыли и вернули к нормальной жизни добрые люди. Вдруг и наш Сергей Иванович прожил долгие годы где-то вдали от родного дома. И, несмотря на то, что это, вероятно, было бы неправильным в отношении всех тех, кто ждал и любил его на родине, это было бы хорошим концом для истории.

А пока, всё, что у нас есть - это фотографии в семейном альбоме и записи в архиве о подвиге, совершенном 10 мая 1942 года.

«Тов. Кулакин дисциплинированный, требовательный, знающий своё дело командир. Участник боёв в мае месяце 1942 года на мысе Пикшуев. Его отделение истребило свыше 30 гитлеровцев.

Когда вышел из строя ручной пулеметчик в его отделении, тов.Кулакин сам взялся вести огонь из пулемета, командуя отделением, отразив две атаки противника, истребил 20 немецких солдат и офицеров. 10 мая тов.Кулакину с группой бойцов приказано найти заблудившуюся разведку батальона, которая в то время с боем выходила из окружения. Не смотря на трудность обстановки и огонь противника, тов.Кулакин со своей группой помог выйти разведке и задачу командования выполнил с честью. Тов.Кулакин в последующих боях показал себя преданным родине мужественным воином. Тов.Кулакин участник всех походов в тыл врага, физически вынослив, морально устойчив».

Фронтовым приказом №7 от 23.02.1943 года представлен к награде медалью «За отвагу».